Алоизий Степинац (Степинец) b. 8 May 1898 d. 10 February 1960
From Rodovid EN
| Lineage | Степинцы |
| Sex | Male |
| Full name (at birth) | Алоизий Степинац |
| Other last names | Степинец |
| Wiki-page | wikipedia:ru:Степинац,_Алоизие |
Events
8 May 1898 birth:
10 February 1960 death:
Notes
|
Алои́зие Сте́пинац (хорв. Alojzije Stepinac; 8 мая 1898, Брезарич, Королевство Хорватия и Славония, Австро-Венгрия — 10 февраля 1960, Крашич, Югославия) — хорватский кардинал. Титулярный архиепископ Никопсиса и коадъютор Загреба 28 мая 1934 по 7 декабря 1937 . Архиепископ Загреба с 7 декабря 1937 по 10 февраля 1960. Кардинал-священник с 12 января 1953.
Поддерживал усташское правительство Независимого государства Хорватия; выступил с осуждением некоторых действий пришедшего в 1945 году к власти коммунистического режима Иосипа Тито; в октябре 1946 года был приговорён к 16-и годам заключения по обвинению в государственной измене и военных преступлениях.
В 1998 году причислен Римско-католической церковью к лику блаженных.
Родился в 1898 году в деревне Брезарич (близ Крашича), в 40 километрах от Загреба, в большой семье (кроме него было ещё 7 детей). После окончания гимназии в Загребе в 1916 году хотел поступить в семинарию, однако был призван в австрийскую армию и отправлен на итальянский фронт, где вскоре попал в плен. В начале 20-х годов вернулся в Хорватию, включённую после первой мировой войны в состав Королевства сербов, хорватов и словенцев, позднее Королевства Югославия, и поступил на факультет теологии Загребского Университета. В 1926—1931 годах продолжал обучение в Риме, после чего получил докторскую степень по философии и теологии и принял духовный сан.
Несколько лет он работал в Загребе помощником загребского архиепископа Антуна Бауэра. В 1934 году Степинац стал епископом, а в 1937 году, после смерти Бауэра, стал загребским архиепископом.
После вторжения в апреле 1941 года войск Германии и Италии в Хорватию, было образовано прогерманское Независимое государство Хорватия под фактическим управлением усташей. Степинац приветствовал усташей и восстановление хорватской независимости: как и многие хорваты, он видел в усташах силу, способную восстановить независимость страны и освободить её от подчинения сербам. За несколько недель до начала войны он сделал в личном дневнике запись:
«Хорваты и сербы из двух разных миров, два разных полюса; они никогда не найдут общего языка, если только не произойдет чудо Божие. Эта схизма величайшее зло в Европе, может быть, даже большее чем протестантизм. Тут нет морали, нет принципов, нет правды, нет справедливости, нет честности...»
28 апреля 1941 года, через 11 дней после капитуляции Югославии, он издал пастырскую энциклику, которая обязывала католиков страны поддерживать усташей и созданное ими независимое хорватское государство.
Де пройшов Католицизм, там стелиться кривава дорога. І я тут не можу не згадати тих подій, які мали місце в Югославії під час Другої Світової війни. Після відокремлення Хорватії від Югославії в 1944 році нацистський уряд "усташі" почав переслідувати православних сербів. В Білоборському уїзді усташі оточили чотири села і, зігнавши в поле жителів разом з духовенством, живими закопали 250 чоловік. В Косині були розтерзані 600 чоловік. В Босансько-Новому уїзді православним виколювали очі, відрізали носи й вуха. Уніяти зганяли .православних в концтабори, а в публічних місцях вивішували об'яви: "Вхід заборонено сербам, жидам, циганам і собакам".
Усі ці переслідування, репресії велися з відома та благословення католицького духовенства і не в останню чергу митрополита Загребського Степинця. Майже півмільйона сербів було замордовано, триста тисяч насильствам погрозам було навернене в католицтво, а той, хто не хотів зраджувати своєї віри, мусив на рукаві носити голубу стрічку з літерою "П", себто "православний", і на вікнах свого будинку мати надпис "греко-восточний ".
«Слова папы о заступничестве Степинаца за православных, евреев, и за всех гонимых являются абсолютной ложью. Если бы он реально заступался, то более 700 000 православных сербов, 80 тысяч цыган и 30 тысяч евреев остались бы живы. Он был руководителем военного духовенства, духовным главой всех священников Хорватии, а именно они мобилизовывали свою паству на самые кровавые акции, они свидетельствовали – "Ради торжества дела святой католической веры, я не усомнюсь убить даже свою сестру и взять в руки автомат". Именно они призывали либо изгнать сербов за Дрину, либо сбросить их в реку. Именно они со своей паствой взрезали сербам горла, пробивали детям молотками головы, насиловали женщин, перед тем как их убить. Ни один из католических священников Хорватии за подобные злодеяния не был запрещен в служении. Тем самым Степинац взял на себя всю полноту ответственности за их преступления», - подчеркнул отец Владимир.
«Если кто-то желает себе вечной погибели, желает быть обвиненным вместе с фарисеями на Страшном Суде, то пусть подражает Алоизию Степинацу. Потому что его жизнь является ярким примером того, как не надо жить, как не надо действовать, как не надо спасаться», - сказал в интервью «Русской народной линии» кандидат филологических наук, доцент исторического факультета Санкт-Петербургского университета диакон Владимир Василик, комментируя слова папы Римского Бенедикта XVI об «архиепископе геноцида» Алоизии Степинаце в ходе визита в Хорватию.
«Бенедикт XVI представляет Степинаца страдальцем от коммунистов. Между тем, сомневаться в обоснованности приговора, вынесенного хорватскому архиепископу коммунистической властью, оснований нет. Его мученичество ограничилось тем, что он умер под домашним арестом, находясь в нормальных человеческих условиях, несравнимых с тем, как погибали жертвы его подчиненных в Ясеноваце, когда перед смертью им приходилось пить воду, смешанную с испражнениями. Нельзя не отметить духовного мужества Архиерейского Собора Сербской Православной Церкви, который выступил с протестом против канонизации Алоизия Степинаца и отказал Римскому папе во встрече в 2013 году. Естественно, что при таком циничном отношении к истории, к страданиям сотен тысяч невинных, разговаривать с ним не о чем», - заключил диакон Владимир Василик.
From grandparents to grandchildren
